В столичном Центре международной торговли не так давно прошел международный форум «Россия и мир: тренды здорового долголетия».

«Мы говорили не только о развитии здравоохранения, но и о роли науки, культуры, искусства, образования, спорта, социальной политики в формировании здоровой и активной жизни, - заявила вице-премьер Татьяна Голикова. - Такой подход позволяет создавать условия, в которых здоровое долголетие становится общей стратегией повышения качества жизни и развития человеческого капитала страны».

Здорово сказано! Однако очевидно, что здоровое долголетие зависит не только от условий работы и качества жизни в молодом и зрелом возрасте, но и прежде всего от материальной обеспеченности в старости. Так спросим себя: можно ли вести речь о здоровом долголетии, если уход на пенсию для значительного числа россиян равносилен погружению в нищету? Ведь средняя пенсия в России - 25 тысяч рублей, что даже ниже прожиточного минимума (около 30 тысяч). Как-то стыдно и грустно говорить о привлечении к шедеврам культуры и занятиям спортом, когда даже на здоровое питание и лекарства денег не хватает!

Впрочем, у госпожи Голиковой взгляд на проблему гораздо более оптимистический. Как считает вице-премьер, Россия едва ли не впереди планеты всей в деле внедрения здорового долголетия. «В мире формируется новая модель медицины, ориентированная не на ожидание болезни, а на раннее выявление предрисков и сохранение здоровой жизни. В большинстве стран это пока набор отдельных инициатив. А целостной системы с едиными правилами работы пока нет нигде, кроме России», - убаюкивает и радует аудиторию Татьяна Голикова.

Получается, как удивлялись слушавшие ее эксперты, для мирового лидерства достаточно разработки некоей «системы»? И как с этими речами стыкуется то, что финансирование нацпроекта «Продолжительная активная жизнь» в нынешнем году было урезано наполовину? Похоже, федеральным чиновникам не дает покоя красивая столичная картинка, где на базе бывших отделений социального обслуживания созданы так называемые центры долголетия. Социальные работники, помогавшие немощным людям на дому, переквалифицировались в массовиков-затейников: тренеров по фитнесу и танцам, ведущих кружков живописи и шитья.

Разнообразить жизнь крепких еще пенсионеров - дело хорошее и обходится значительно дешевле, чем лечить онкологию или восстанавливаться после инфаркта. Но как же быть с больными? Ведь, как сообщила сама вице-премьер, 40% населения страны страдают от так называемых болезней-всадников: сердечно-сосудистая система, онкология, диабет. И, как полагают эксперты, этот процент будет расти. На 2026 год по федеральному проекту «Борьба с онкологическими заболеваниями» предусмотрено 44,9 млрд рублей, а вот в минувшем году его бюджет составлял 148,46 млрд - втрое больше. А бюджет нацпроекта «Продолжительная и активная жизнь», о котором тоже говорила Голикова, составляет 180,97 млрд, вдвое меньше прошлогоднего.

Финансирование модернизации первичного звена здравоохранения уменьшилось на 52%, до 58,93 млрд. На развитие федеральных медицинских организаций предусмотрено 16,16 млрд рублей, что на 38% меньше показателя 2025 года. Бюджет на совершенствование экстренной медпомощи сократился на 27%, на реабилитацию - на 25%.

С 2010 года количество больничных коек в стране уменьшилось на 150 тысяч. Но в Минздраве утверждают, что повысилась эффективность использования коечного фонда. Пациента на следующий день после тяжелой операции выписывают долечиваться дома. Такой подход становится нормой.

Председатель Комитета Госдумы по охране здоровья Сергей Леонов призвал депутатов не допустить новой волны оптимизации в виде ограничений доступности медицинской помощи в регионах. По его словам, в идеале финансирование медицины нужно увеличивать до 5-7% ВВП. В 2022-м Россия тратила на здравоохранение 4,8%, в 2024-м - уже 3,7% ВВП.

Бесконечные игры с системой здравоохранения привели к тому, что 83% россиян негативно оценивают отечественную медицину, 52% не доверяют врачам, а треть лечатся самостоятельно.

Андрей Дмитриев,

Виталий Казанков.

Фото: MAGNIFIK.COM